Задачей остается создание крупных спектаклей
http://www.itar-tass.com/level2.html?NewsID=14858890Художественный руководитель Санкт-Петербургского академического Мариинского театра оперы и балета Валерий Гергиев дал эксклюзивное интервью корр.ИТАР-ТАСС Алану Бадову в британской столице, где он находился как главный дирижер Лондонского симфонического оркестра
ВОПРОС: Валерий Абисалович, начнем беседу с традиционного вопроса о творческих планах Мариинского театра и Ваших собственных. Какие именно задачи Вы сейчас для себя считаете главными? Повлиял ли на творческую деятельность экономический кризис? Известно, что с его началом музыкальным театрам по всему миру стало труднее находить средства на новые постановки.
ОТВЕТ: Безусловно, мы отреагировали на кризисные явления и в мировой, и в российской экономике. Конечно, нашей задачей остается создание крупных спектаклей. Однако сейчас мы стараемся сфокусировать все свои усилия, и творческие, и организационные, не столько на том, чтобы давать много спектаклей и концертов, сколько на том, чтобы направленно вести работу по воспитанию нашей молодой аудитории, нашей новой публики. Работаем со студенчеством, с крупнейшими вузами, университетами Петербурга и даже Москвы. Мне видится, что это сейчас главное, что я должен делать как лидер Мариинского театра.
Более доступным для молодежи театр делают абонементы. Это пакет из семи или восьми билетов, которые позволяют вам в течение сезона познакомиться с целым рядом новых спектаклей или хорошо известных постановок, как оперных, так и балетных. Стоимость абонемента меньше, чем общая цена входящих в него билетов.
Причем это не только абонементы Чайковского и других композиторов-классиков. Мы предлагаем, в первую очередь студенчеству, познакомиться с постановками, которые, прежде всего, связаны с творчеством наших великих композиторов ХХ столетия, таких как Прокофьев, Стравинский, Шостакович. Это авторы, которые еще недавно считались трудными для восприятия, может быть, некоторые их произведения не всегда казались достаточно популярными.
Например, я считают большой удачей абонемент Прокофьева. В него входят оперы «Война и мир» по Толстому, «Огненный ангел» по Брюсову, «Игрок» по Достоевскому. И, естественно, знаменитые балеты «Золушка» и «Ромео и Джульетта». И даже такое произведение, как «Семен Котко» по повести Катаева. Это, может быть, недостаточно известная, но очень сильная опера. Студенчество очень здорово откликнулось. Я оптимистически оцениваю результаты этого эксперимента: когда в зале более тысячи студентов, и мы знаем, что большинство этих людей обязательно еще много раз вернутся в этот замечательный театр.
Мы предлагаем абонемент, посвященный творчеству нашего великого современника Родиона Щедрина. Он включает в себя и новые его работы, и работы 30-летней давности, и даже написанные 50 летней назад , когда он был совсем молодым человеком и написал замечательную партитуру балета «Конек-Горбунок». Поверьте мне, как специалисту в области музыкального театра, это на редкость смелый и рискованный шаг. Ведь гораздо легче «продать» спектакль «Лебединое озеро», чем мало известную широкому кругу, но, тем не менее, замечательную оперу Щедрина. Надеюсь, через 3-4 месяца мы сможем с гордостью говорить о том, что спектакли на музыку Щедрина стали уже неотъемлемой частью нашей сегодняшней репертуарной политики.
Если мы не будем это делать сейчас, через пять лет, через десять лет у нас может оказаться не так много знатоков современной музыки. Все будут говорить: «Я пойду в Мариинский театр, когда будут идти спектакли «Щелкунчик» или «Евгений Онегин». Это хорошо известные произведения Чайковского, мы подождем, когда театр будет давать эти постановки, мы обязательно придем». Для нас это путь в никуда. Потому что не мы создали славу балету «Щелкунчик», хотя он рождался на сцене Мариинского театра. Это сделали наши предшественники, прежде всего сам Петр Ильич Чайковский. Наша задача - широко пропагандировать творчество лучших композиторов Х1Х, ХХ века и авторов, живущих сегодня.
Публика активно раскупает билеты в Мариинский театр, несмотря на кризис. В последние год-полтора мы даже увеличили продажи билетов. Но это уже не «слепые» продажи, за ними стоит очень смело выстроенный репертуар, рассчитанный как на интеллектуально подготовленных, очень пытливых, любопытных знатоков музыки, так и на тех людей, кто, возможно, никогда еще не переступал черту, которая отделяет повседневную жизнь от магии театра.
ВОПРОС: Как отмечает западная критика, в последние 20 лет именно благодаря Вашим усилиям и усилиям Мариинского театра многие редко исполнявшиеся за пределами России произведения, такие как оперы «Война и мир» и «Игрок» Прокофьева, стали частью стандартного музыкального репертуара на Западе. В то же время Мариинский театр много выступаете в российских регионах. Во всем мире горячо обсуждался концерт-реквием, который вы дали с оркестром Мариинского театра в разрушенном войной Цхинвале. Как сочетаются эти две стороны деятельности театра – выступления в мировых музыкальных столицах и в тихой российской глубинке? Что для Вас важнее?
ОТВЕТ: Движение в регионы России является одним из абсолютных приоритетов в сегодняшней нашей творческой деятельности. Это не случайный, а очень серьезно организованный процесс. Для нас выступить в Мурманске или Красноярске, в Казани или Самаре, Беломорске, Великом Новгороде, во Пскове, в Краснодаре, во Владикавказе ничуть не менее важно и эмоционально значимо, чем на ведущих сценах мира. Поверьте, мы в Беломорске играем ничуть не хуже, чем в Нью-Йорке или в Лондоне, ничуть не хуже, и это важно.
Я не буду сейчас перечислять все города России, в которых мы уже выступили за последние лет десять, но это будет огромный список. Выступления там эмоционально дают нам возможность острее ощутить себя представителями огромной армии российских артистов и музыкантов, может быть, даже избранными ее представителями. Ведь попасть в Мариинский театр это большая честь. Это возможность участвовать в продолжении великих традиций русской музыки, частью которой является история нашего театра, в приумножении ее мировой славы.
Возможно, в рамках Московского Пасхального фестиваля у нас в ближайшие годы возникнет желание сделать что-то необычное, может быть, сделать сильнейший акцент на «элитарную» музыку современных авторов... Вы знаете, слово «элитарный» я не очень люблю. Я не хотел бы быть артистом, который работает для небольшой группы людей. Все-таки, мы будем экспериментировать, безусловно, но приоритетом все равно будет оставаться любовь сотен тысяч, миллионов россиян к великим отечественным музыкальным традициям.
Ведь мы не только страна (я сейчас говорю без иронии), где, скажем, Дима Билан или Николай Басков могут собрать большую аудиторию и спеть на стадионе для нескольких тысяч человек. Мы все равно и прежде всего остаемся страной Чайковского, Мусоргского, Прокофьева, Стравинского, Рахманинова.
По всему миру звучание подлинной, высокой русской музыки, звучание русской музыкальной души - это совершенно океанское явление. От крошечных залов где-нибудь в Новой Зеландии или Канаде до самых главных концертных площадок и театров мира постоянно звучит музыка великих русских композиторов. Миссия Мариинского театра всегда заключалась и заключается в том, чтобы нести русскую музыку мировой аудитории.
Я очень много сделал в своей жизни и в Париже, и в Нью-Йорке, и в Вене, и в Токио. Сейчас я возглавляю лучший в Великобритании оркестр - Лондонский симфонический. Но главным и наиболее емким и по содержанию, и по резонансу для меня является великое дело работы с коллективом Мариинского театра. И я думаю, что мы будем продолжать нести эту миссию и через упорный труд все-таки будем приходить к новым победам.
Мы обязательно достроим новую сцену Мариинского театра, и сделаем это хорошо. Еще недавно был риск уйти на ошибочные рельсы и построить театр, который не обладал бы великолепной акустикой, был бы не самым уютным, не самым светлым. В понятие "светлый" я вкладываю чувство радости, света, как для публики, так и для артистов. И мы в последние месяцы много работали над тем, чтобы не потерять этот точный прицел и все-таки создать великолепную сцену мирового класса. Я думаю, что Россия и Санкт-Петербург получат такой театр.
ВОПРОС: Когда я пришел брать у Вас интервью, вы беседовали с известнейшим режиссером Андреем Кончаловским. Возможно, Вы обсуждали какой-то будущий проект? Вообще, публика привыкла к тому, что Вы привлекаете к работе звезд первой величины. Это касается и тех артистов, кто входит в постоянный состав труппы Мариинского театра, и тех, кто сейчас выступает на других ведущих сценах страны и мира. С кем из артистов, режиссеров Вы намерены сотрудничать в будущем?
ОТВЕТ: У нас замечательные оперные артисты, это и Владимир Галузин, и Ольга Бородина, этот список можно продолжать. И конечно, великолепные наши балерины и танцовщики - Игорь Зеленский, и Диана Вишнева, и Ульяна Лопаткина, и Светлана Захарова, с которой мы не порываем связи.
Сегодня люди, которые по-настоящему имеют мировой успех, если их жизнь связана с коллективом Мариинского театра и первые шаги делались под моим руководством, как правило, сохраняют привязанность к сцене Мариинского театра. Замечательным примером тому является сегодняшняя деятельность Анны Нетребко. Она выступает у нас и на фестивале "Белые ночи", и несколько раз зимой, и на Пасхальных фестивалях, и на открытии сезона. Мы очень плодотворно работаем и планируем еще очень многое, в том числе совместные записи.
К Мариинскому театру привязаны все, кто по-настоящему потрудился на его сцене. От нее просто так отвыкнуть, мне кажется, очень трудно. Для кого-то практически невозможно даже представить себе жизнь без Мариинского театра. Хочется выступать где-то далеко, в Японии или в Америке, но обязательно возвращаться. Мне это очень близко, я очень ценю в своих друзьях, коллегах эту привязанность к родному театру.
Хореографы, режиссеры, художники, которые работают со мной, это самые разные по творческому почерку люди, представители совершенно разных поколений, кому-то уже за 70, кому-то едва исполнилось 25. Мне кажется, что мы не должны придерживаться принципа работы с узкой, небольшой группой авторов или режиссеров. Мы должны дать возможность как молодежи, так и знаменитым мастерам проявлять себя и использовать огромные творческие ресурсы Мариинского театра. Безусловно, у нас работают многие иностранные режиссеры - британские, немецкие, итальянские, американские, польские. Мы совершенно точно настроены продолжать работу с молодыми российскими режиссерами.
У нас очень много сделал Дмитрий Черняков, его спектакли активно показываются в этом сезоне, особенно во второй половине сезона, это и «Тристан и Изольда» Вагнера, и «Сказание о невидимом граде Китеже», знаменитая опера Римского-Корсакова, и «Жизнь за царя» Глинки. У нас продолжает работать Василий Бархатов, мне хочется, чтобы он еще более полно раскрылся в нашем театре. Я думаю, что есть и другие имена, которые будут обязательно появляться на афишах Мариинского театра.
С Андреем Кончаловским мы обсуждаем сейчас крупнейший проект, речь идет о работе в 2012 году, в год 200-летия Бородинской битвы. Сейчас пока рано говорить, что у нас получится, через несколько месяцев мы, может быть, почувствуем, сможем ли мы справиться с такой огромной задачей.
ВОПРОС: В прессе пишут, что в последнее время Вы решили умерить напряженность Вашего творческого графика и сконцентрироваться на работе в Санкт-Петербурге и в Лондоне
ОТВЕТ: Мариинский театр и Лондонский симфонический оркестр - два абсолютно выдающихся коллектива. Нас связывают определенные нити, особенно в планировании, организации и осуществлении работы по записи на компакт-диски, на ди-ви-ди лучших программ, лучших спектаклей, лучших концертов. В Санкт-Петербурге мы записываемся в историческом театральном зале Мариинского и в недавно построенном акустическом зале театра, он не имеет себе равных в мире, по крайней мере, среди новых залов.
Я также записываюсь здесь, с Лондонским симфоническим оркестром, и это довольно большой план. По крайней мере, из всех артистов, сегодня активно работающих в мире классической музыки, навряд ли многие записывают большую по объему, по насыщенности программу. Может быть, потому что я руковожу двумя коллективами, которые обладают очень большими ресурсами, и творческими, и организационными. В Лондоне больший опыт записи, но мы тоже очень быстро в последние годы учились тому, как организовать процесс.
ВОПРОС: Говоря о новых записях, нельзя не упомянуть о собственном музыкальном лейбле, который Мариинский театр основал по вашей инициативе в прошлом году. Первые же записи, сделанные на нем, опера «Нос», а также Первая и Пятнадцатая симфонии Шостаковича, имели громкий успех – рекордные пять номинаций на премию «Грэмми», номинация на премию музыкального журнала Би-би-си, другие награды и отличия.
ОТВЕТ: Сегодня новый лейбл Мариинского театра уже у всех на устах, во всем мире. Мы о себе уже довольно громко заявили. Дайте нам еще два-три года, посмотрим, сколько еще всего можно сделать. У нас планы совершенно четкие. Мы будем записывать в год, может быть, до десяти проектов, это касается записи аудио- и видеопродукции.
Все новые технологии сегодня принимаются во внимание, и мы все время работаем над тем, чтобы никто в мире не ушел от нас далеко благодаря технологическому прогрессу. Естественно, сейчас каждый год, каждые полгода технологии обновляются, становятся еще более изощренными. Мы приобрели очень много аппаратуры, у нас есть менеджеры, есть команда, которая работает и изучает все возможности и в сфере звукозаписи, и в сфере цифрового телевидения. Пожалуйста, вы можете называть самые современные технологии.
Мы намерены записывать спектакли в стандарте телевидения высокой четкости BluRay, наши диски и треки наших записей можно купить в ведущих западных интернет-магазинах, таких как Amazon, eMusic и iTunes, популярный сервис компании Apple.( В России те же записи можно приобрести по подписке по более доступной цене). Сейчас трудно кого-либо удивить технологиями. Любой желающий может зайти на сайт YouTube и прослушать любую музыку, какую пожелает. Но это не дает качества звучания. А то, что мы делаем, гарантирует высочайшее качество звука, видеоизображения и в конце концов попадает в руки коллекционеров и всех любителей классической музыки. Мне кажется, что мы ни от кого не будем отставать.
